- Сообщения
- 4.378
- Реакции
- 4.891
Кто-то из западных историков остроумно заметил, что за всю Вторую мировую войну Сталин совершил только две политические ошибки: показал Европе свое офицерство и показал своему офицерству Европу.
В мае 1945 года, после победы союзников, Германия оказалась поделена на четыре оккупационные зоны. Группу советских оккупационных войск (ГСОВГ) возглавил маршал Жуков, чуть позже была создана и Советская военная администрация в Германии. Именно эти органы должны были осуществить репарации – возмещение ущерба, причиненного гитлеровской Германией в годы войны нашей стране.
В Советский Союз были отправлены 21 834 вагона стройматериалов, 73 493 вагона «квартирного имущества», в том числе 60 149 роялей и пианино, 458 612 радиоприемников, 188 071 ковер, 941 605 предметов мебели, 264 441 шт. настенных и настольных часов.
Сегодня историки признают, что, по существу, это был слегка замаскированный грабеж оккупированной страны. Архивные материалы свидетельствуют - репарации нередко позволяли высшим чинам армии и других структур, осевших в восточной зоне Германии, заниматься мародерством и грабежом.
Министр госбезопасности СССР генерал-полковник В.С. Абакумов обеспечил «оперативную разработку маршала Жукова». Были арестованы люди из его ближайшего окружения, и бывший адъютант дал показания о том, что маршал вывез из Германии множество трофейных ценностей.
В дальнейшем Абакумов докладывал Сталину, что «дача Жукова представляет собой по существу антикварный магазин или музей, обвешанный внутри различными дорогостоящими художественными картинами, причем их так много, что четыре картины висят даже на кухне».
В секретном досье на полководца уже имелась информация о том, что он получал трофейное имущество из Германии. В 1947 году на Ягодинской таможне (близ г. Ковеля) было задержано семь вагонов с мебелью. В документах значилось, что груз предназначен маршалу Жукову.
В деле по этому факту имеется подробное описание гарнитуров:
а) гостиная для городской квартиры (светлое и красное дерево, обивка золотым плюшем с голубыми цветами) – 25 предметов;
б) столовая для городской квартиры (светлополированный орех, лазурная обивка) – 39 предметов;
в) гостиная для дачи (красное дерево) – 25 предметов;
г) столовая для дачи (светлополированный орех) – 35 предметов.
Жуков в дальнейшем объяснил все это тем, что «картины, ковры, люстры действительно были взяты в брошенных особняках и замках и отправлены для оборудования дачи, которой я пользовался. Я считал, что все это поступает в фонд Министерства госбезопасности, т.к. дача и квартира находятся в ведении МГБ».
Имущество у маршала отобрали. Сохранился и «Акт о передаче Управлению делами Совета Министров Союза ССР изъятого МГБ СССР у Маршала Советского Союза Г.К. Жукова незаконно приобретенного и присвоенного им трофейного имущества, ценностей и других предметов».
Подобная же картина наблюдалась на квартирах и дачах у многих из ближайшего окружения Жукова. Вот цитата из обвинительного заключения по делу бывшего члена Военного совета ГСОВГ генерал-лейтенанта К.Ф. Телегина:
«Используя служебное положение, занимался стяжательством, скупая за бесценок и присваивая ценности и имущество, подлежащее сдаче в доход государства».
У Телегина, крупного советского военачальника, члена партии с 1919 года, во время обыска было изъято большое количество ценностей, свыше 16 килограммов изделий из серебра, 218 отрезов шерстяных и шелковых тканей, 21 охотничье ружье, много антикварных изделий из фарфора и фаянса, меха, гобелены работы французских и фламандских мастеров XVII и XVIII веков и «другие дорогостоящие вещи».
Генерал-лейтенант Телегин, уже находясь под арестом, в свое оправдание утверждал, что не занимался хищением трофейного имущества, а большинство вещей, изъятых при обысках, приобретал за наличные деньги. И лишь «…незначительная часть имущества, главным образом бытового обихода, не составляющая государственной ценности, приобретена незаконным путем». Вероятно, Телегин имел в виду гобелены XVII и XVIII веков
Артистка московской эстрады и исполнительница русских народных песен Лидия Русланова и ее муж, генерал-лейтенант В.В. Крюков, были арестованы в сентябре 1949 года. При обысках на их квартирах и дачах оперативники МГБ наблюдали ту же картину, что и у Жукова и Телегина.
Чета Русланова – Крюков имела две дачи, три квартиры, четыре автомобиля, антикварную мебель, многие километры тканей, сотни штук шкурок каракуля и соболя, рояли, аккордеоны, редчайшие сервизы и большую картинную галерею.
От перечисления одних имен художников у «искусствоведов» из МГБ захватывало дух: Кустодиев, Маковский, Шишкин, Репин, Серов, Айвазовский и другие – всего 123 картины.
Дополнительным обыском в специальном тайнике на квартире бывшей няни Руслановой (проживала на Петровке, 26) были изъяты принадлежащие арестованной певице 208 бриллиантов, а также изумруды, сапфиры, рубины, жемчуг, платиновые, серебряные и золотые изделия.
Муж Руслановой, Герой Советского Союза генерал-лейтенант Владимир Крюков, по словам людей, хорошо знавших его, «превратился в мародера и грабителя, в дом тащил из Германии все, от мехов и ковров до зубных щеток, унитазов и водопроводных кранов».
По приговору суда у Руслановой и Крюкова было конфисковано более 700 тысяч рублей.
И Телегин, и Русланова, и Крюков были осуждены на длительные сроки заключения. Среди политических статей приговора обязательно присутствовала ссылка на Указ о хищении государственной и общественной собственности от 7 августа 1932 года, тот самый «указ 7.8», о котором вор в законе Ручников разговаривал с капитаном Жегловым.
Но больше всего поражает своей масштабностью грабеж оккупированной зоны Германии отдельными работниками НКВД-МВД.
Это признавала и Военная коллегия Верховного суда СССР, рассматривавшая дела в отношении двух генерал-майоров – начальника оперсектора МВД на земле Тюрингия Г.А. Бежанова и начальника оперсектора в Саксонии С.А. Клепова.
В приговоре от 16 – 17 октября 1951 года судьи записали, что Бежанов и Клепов «используя служебное положение, присвоили ряд ценностей, изъятых у крупных местных богачей».
В число «обобранных» вошли: семья бывшего барона Врангеля (Бежанов забрал из его поместья несколько хрустальных и серебряных сервизов), торговец Менге (Бежанов «изъял в личное пользование» 40 шкурок черно-бурой лисицы), торговец Шотте (здесь Бежанов разжился золотыми и серебряными изделиями) и т.д.
Генерал-майор Клепов, будучи в должности начальника оперсектора с июня 1945 года по 1947 год, «присвоил ряд ценностей, как-то: 414 предметов из серебра и золота, 198 антикварных изделий, 15 картин и другие предметы».
Но наиболее интересные факты обнаруживаются в показаниях А.М. Сиднева, бывшего начальника оперсектора НКВД-МВД в Берлине. Он был арестован в 1948 году в Казани, где занимал пост министра госбезопасности Татарской АССР. Сиднев на следствии показал, что вступившие в Берлин советские войска захватили большие трофеи.
В разных частях города были обнаружены хранилища золотых вещей, серебра, бриллиантов, несколько хранилищ с дорогостоящими мехами, шубами, с различными сортами тканей, с бельем, столовыми приборами и столовым серебром.
На все эти ценности практически сразу же наложили руку работники НКВД-МВД. Сам Сиднев отправил на свою квартиру в Ленинград более сорока битком набитых чемоданов, ящиков и тюков. Вот лишь небольшая часть из перечня изъятого на квартире Сиднева добра: 32 дорогостоящих меховых изделия, 178 меховых шкурок, 1500 метров высококачественных шерстяных, шелковых и бархатных тканей, 405 пар дамских чулок, 296 предметов одежды, 78 пар обуви.
И, естественно, антиквариат – гобелены работы французских и фламандских мастеров XVII – XVIII веков и дамская сумочка из чистого золота. Как выяснило следствие, Сиднев и его подручные целыми вагонами направляли в Советский Союз ценную мебель, музыкальные инструменты, киноустановки.
О своем начальнике – Иване Александровиче Серове, генерал-полковнике и заместителе руководителя Советской военной администрации в Германии – Сиднев порассказал такого, что у следователя отвисла челюсть.
Оказывается, в Берлине оперативная группа под началом Сиднева обнаружила в подвалах Имперского банка около 100 мешков с более чем 80 миллионами немецких марок. Серов распорядился в советский Государственный банк эти деньги не сдавать.
В 1946 году, когда МВД передавало свои функции по оперативной работе на территории советской зоны в Германии Министерству госбезопасности СССР, генерал-полковник Серов распорядился уничтожить всю отчетность по расходованию обнаруженных в Имперском банке немецких марок.
В 1947 году этот человек стал первым заместителем министра внутренних дел СССР, а впоследствии и первым председателем Комитета госбезопасности СССР.
